История ордена тамплиеров

святыми отцами по поручению Папы Климента V

Во имя Господа, аминь. Мы, Беренгар, Божьей милостью кардинал наставник [пресвитер] прихода Св. Великомучеников Нерея и Ахилея [Nereus and Achileus] , и Стефан, Божьей милостью кардинал-епископ прихода Св. Кириака в Термах, и Ландольф, Божьей милостью кардинал-диакон в приходе Св. Ангела, заявляем посредством этого документа, адресованного каждому, кто будет его читать, что с тех пор, как наш святейший отец и господин Климент, Божьим провидением святейший понтифик святой Римской и Вселенской церкви, получив настоятельные и неотложные просьбы, в устной форме и в докладах, от прославленного короля Франции, его прелатов, герцогов, графов, баронов и других жителей вышеуказанного королевства, дворян и простых людей, и от братьев, епископов, рыцарей, приоров и слуг из ордена тамплиеров, начал расследование по вопросам, относящимся к братьям, [по вопросам католической веры], и Уставе вышеуказанного Ордена, из-за которых Орден был публично опозорен и обесчещен, истинный Папа, желая и намереваясь узнать полную и бескомпромиссную правду, только правду, и ничего кроме правды, от руководителей вышеназванного Ордена, а именно, от брата Жака де Молэ, великого магистра Ордена тамплиеров, брата Рембо де Карона, приора командорств рыцарей Ордена тамплиеров в дальних странах [командор Оутремера], брата Гуго де Пейро, приора Франции, брата Жоффруа де Гонневилля, приора Аквитании и Пуату, Жоффруа де Шарни, приора Нормандии, приказал и поручил нам своей особой волей, высказанной изустно, с усердием выяснять правду, только правду, и ничего кроме правды, опрашивая великого магистра и вышеуказанных приоров – одного за другим и отдельно, вызывая нотариусов и свидетелей, заслуживающих доверия.

И действуя, соответственно наказу и по поручению его Святейшества Понтифика Божьего, мы опросили вышеуказанных великого магистра и приоров, выяснив правду, только правду, и ничего кроме правды о вопросах, означенных выше. Их признания и исповеди были записаны именно так, как они выглядят в этом документе, включены сюда нотариусами, чьи имена указаны ниже, в присутствии свидетелей, чьи имена так же указаны ниже. Так же мы приказали записать опросы в этот официальный документ, и утвердили его, скрепив своими печатями.

В 1308ом году от рождества Христова, в 6ом индикте, в 17ый день августа, в 3ий год понтификата Папы Климента V, перед нами, вышеуказанными отцами, в городе Шиноне, епархии Тура, предстал брат Рембо де Карон, приор командорств рыцарей Ордена тамплиеров в дальних странах. Возложив руку на Святое Божье Евангелие, он принёс клятву говорить правду, только правду, и ничего кроме правды, о себе, а так же об особах и братьях Ордена, о самом Ордене, влючая вопросы о католической вере и Уставе вышеуказанного Ордена, и о пяти отдельных особах и братьев Ордена. Во время усердного нашего опроса о времени и обстоятельствах его приёма в Орден, он сообщил нам, что прошло сорок три года или около того, с того времени, как он был посвящён в рыцари и принят в Орден Тамплиеров братом Ронселином де Фо, бывшим в то время приором Прованса, в городе Ришеранш, в епархии Карпентра или Сан-Пол-Труа-Шато, в часовне местного командорства Ордена. Во время церемонии приор не сказал новому адепту ничего, чтобы не было бы не правильным или не подходящим, но уже после церемонии к нему подошёл брат-слуга ,чьё имя он не может вспомнить, так как тот уже мёртв долгое время. Он отвёл его в сторону, держа маленький крест под своей мантией, и, когда все братья вышли и они остались вдвоём, то есть брат-слуга и опрашиваемый, брат-слуга показал этот крест опрашиваемому, который не может вспомнить было ли на нём изображение распятья или нет, но полагает, что было, нарисованное или выгравированное. И этот брат-слуга сказал опрашиваемому: «Ты должен отречься от этого!». И опрашиваемый, не веря в то, что совершает грех, сказал: «Итак, я отрекаюсь!». Этот же брат слуга сообщил опрашиваемому, что тот должен соблюдать чистоту и целомудрие, но ежели он не может этого сделать, лучше всего держать это в тайне, нежели совершать это публично. Опрашиваемый так же сообщил, что его отречение шло только из его уст, но не от сердца его. Он сказал, что на следующий же день он открыл это епископу из Карпентра, своему кровному родственнику, который присутствовал в вышеуказанном городе, и епископ сказал ему, что он вёл себя неправильно и совершил грех. После чего он исповедался тому же епископу, и на него была наложена епитимья, которую он, по его словам, выполнил. На вопрос о содомском грехе, он ответил, что никогда не принимал в этом участия никоим образом, и никогда не слышал, что бы рыцари Ордена тамплиеров погрязли в этом грехе, исключая тех трёх рыцарей, которые были приговорены к пожизненному заключению в замке Паломника. На вопрос о том были ли приняты эти братья в упомянутый Орден так же, как и он был туда принят, он ответил, что не знает, так как никогда сам не принимал никого в Орден, и не присутствовал при обряде инициации у кого-либо, за исключением двух или трёх братьев. Касательно них, он не знает отрекались ли они от Христа или нет. На вопрос об именах этих братьев, он ответил, что одного звали Питер, но он не помнит его фамилии, его семьи или рода. На вопрос о том, сколько лет ему было, когда он стал братом Ордена, он сообщил, что ему было семнадцать лет или около того. На вопрос о плевке на крест и о поклонении голове, он ответил, что не знал ничего об этом, добавив, что не слышал и упоминания об оной голове до того, как услышал речь его Святейшества Папы Климента об этом в прошлом году. На вопрос о поцелуях, он ответил, что вышеуказанный брат Ронселин поцеловал его в губы, когда принял его в братья, и добавил, что ничего не знает о других поцелуях. Когда он спрошен о том, хочет ли он подтвердить, что всё сказанное во время исповеди соответствовало правде, не было ли что ни будь несоответствующим правде, или же он утаил какую-либо часть правды, он ответил, что хочет подтвердить, что всё сказанное во время исповеди было правдивым, и он не добавил ничего ложного, или же упустил какую-либо часть правды, не сообщив об этом. На вопрос опрашивали ли его во время его исповеди по просьбе, за награду, или благодарность, из страха, ненависти, по настоянию кого-либо, или при использовании силы, или при угрозе пытки, он ответил, что нет.

После этого, брат Рембо , стоя на коленях со сложенными руками просил нас о прощении и милости к его вышеупомянутым действиям. И, так как он просил об этом, брат Рембо в нашем присутствии отрёкся от вышеупомянутой ереси, и от любой другой ереси. Второй раз он принёс клятву, возложив руку на Святое Божье Евангелие, о том, что он будет соблюдать учения Церкви, что он будет утверждать, защищать и провозглашать католическую веру, которую Римская церковь утверждает, защищает и провозглашает, так же, как учит и требует от других соблюдения правил религии, и что он будет жить и умрёт, как истинный верующий христианин. После этой клятвы, полномочием, дарованным нам Святейшим Папой для этой цели, мы даровали брату Рембо, который скромно просил об этой милости, отпущение (в форме, принятой Церковью) от приговора об отлучении от Церкви, к которому он был приговорен из-за вышеупомянутых действий, восстановив его в единении с церковью, общности его с верующими и обетами Церкви.

Так же, в это же день, брат рыцарь , Жоффруа де Шарни, приор комадорств Ордена тамплиеров в Нормандии, появившись лично в описанных ранее способе и форме, в нашем присутствии, и в присутствии нотариусов, так же, как и свидетелей, честно поклялся, возложив руку на Святое Божье Евангелие, и был опрошен о его приёме в вышеуказанный Орден. Он свидетельствовал, что прошло около сорока лет или около того, с того времени, как он был принят в Орден тамплиеров братом Амори де ля Рош, приором Франции в Этампе, в епархии Санса, в часовне местного командорства Ордена Тамлиеров. На церемонии присутствовали брат Жан де Франсе, приор из Педенака, и девять-десять братьев вышеуказанного Ордена, которые, он полагает, уже мертвы. И потом, как только он был принят в Орден, и мантия Ордена была одета на его плечи, брат, который совершил церемонию, отвёл его в сторону в этой же часовне, и показал ему распятие с изображением Христа, сказав ему , что он не должен верить в распятого Христа, а должен, на самом деле, отречься от него. После чего новообращённый брат, по настоянию вышеупомянутого брата, отрёкся от Него на словах, но не в сердце своём. А так же, во время обряда инициации, новообращённый брат поцеловал вышеупомянутого брата в губы и в грудь, через одежду, в знак почтения.

На вопрос о том был ли обряд инициации в Орден у других братьев таким же, как и его обряд инициации в Орден ,он ответил, что не знает. Так же он упомянул, что он принимал одного брата в Орден по той же церемонии, через которую прошёл он сам обряде инициации. После этого он принимал многих других без отречения, описанного ранее, и чётко и ясно. Так же он сказал, что он исповедовался в грехе отречения от креста, который он совершил во время обряда инициации, по принуждению брата, проводившего церемонию, патриарху Иерусалимскому того времени, и был ему отпущены грехи его.

Во время усердного опроса о таких материях, как плевки на крест, о поцелуях, о грехе содомии и о поклонении голове, он сообщил, что ничего не знает о чём-либо подобном. Во время дальнейшего опроса он сказал, что полагает, что другие братья были приняты в Орден таким же способом, как и он был принят в Орден. Он утверждает, что не может знать этого наверняка, так как новообращённого брата отводили в сторону, так что другие братья, присутствующие в здании не могли ни слышать, ни видеть того, что там происходило. На вопрос о том, сколько лет ему было, когда он был принят в Орден, он сказала, что ему было шестнадцать-семнадцать, или около того.

На вопрос опрашивали ли его по просьбе, за награду, или благодарность, из страха, ненависти, по настоянию кого-либо, или при использовании силы, или при угрозе пытки, он ответил, что нет. Когда он спрошен о том, хочет ли он подтвердить, что всё сказанное во время исповеди соответствовало правде, не было несоответствующим правде, или же он утаил какую-либо часть правды, он ответил, что хочет подтвердить, что всё сказанное во время исповеди было правдивым, и он не добавил ничего ложного, или же упустил какую-либо часть правды, не сообщив об этом.

После этого мы пришли к выводу, что даруем милость отпущения грехов за эти действия брату Жоффруа, который вышеобозначенным способом в нашем присутствии отрёкся от вышеуказанной ереси и любой другой ереси, и лично поклялся на Святом Божьем Евангелии, а так же скромно просил об этой милости, отпущение грехов, восстановив его в единении с церковью, общности его с верующими и обетами Церкви.

Так же, в это же день, брат рыцарь , Жоффруа де Гонневилль, появившись лично в нашем присутствии, и в присутствии нотариусов, так же, как и свидетелей, перечисленных ниже, и был с усердием опрошен о времени и обстоятельствах своего приёма и о других материях, описанных выше. Он сообщил, что прошло двадцать восемь лет или около того, с тех пор, как он был принят в рыцарский Орден тамплиеров братом рыцарем Робером де Торвиллем, прирором командорств Ордена тамплиеров в Англии, в городе Лондоне, в часовне местного командорства. И этот приор, после дарования мантии рыцарского Ордена новообращённому адепту, показал тому крест, изображённый в какой-то книге, и сказал ему, что он должен отринуть того, чей образ нарисован на нём. Когда новообращённый отказался делать это, приор множество раз повторил ему, что тот обязан это сделать. Но так как он полностью и безоговорочно отказался делать это, приор, видя его сопротивление, сказал ему: «Поклянёшься ли ты мне, что скажешь любому брату, который спросит тебя об этом, что ты отрёкся, если я разрешу тебе не делать этого?». И новообращённый ответил: «Да.», и пообещал, что, если его будут спрашивать братья указанного Ордена, он скажет, что отрёкся. И, по его словам, он не отрекался никоим другим образом. Так же он сообщил, что приор приказал ему плюнуть на изображение креста. После категорического отказа новообращённого делать это, приор положил руку на изображение креста и сказал: «Плюнь хотя бы на мою руку!». Но так как новообращённый испугался, что приор уберёт руку, и его плевок попадёт на крест, он не захотел плевать на руку, если изображение креста при этом было бы рядом.

Во время усердного опроса о грехе содомии, о поклонении голове, о поцелуях и других материях, из-за который братья ордена заработали дурную славу, он ответил, что ничего не знает. На вопрос были ли приняты другие браться в Орден так как же, как и он, он ответил, что полагает, что с другими было то же самое, что и с ним во время его инициации.

На вопрос опрашивали ли его по просьбе, за награду, или благодарность, из страха, ненависти, по настоянию кого-либо, или при использовании силы, или при угрозе пытки, он ответил, что нет. После этого мы пришли к выводу, что даруем милость отпущения грехов за эти действия брату Жоффруа де Гонневиллю, который вышеобозначенным способом в нашем присутствии отрёкся от вышеуказанной ереси и любой другой ереси, и лично поклялся на Святом Божьем Евангелии, а так же скромно просил об этой милости, отпущение грехов, восстановив его в единении с церковью, общности его с верующими и обетами Церкви.

На девятнадцатый день месяца перед нами предстал брат Гуго де Пейро, приор командорств тамплиеров во Франции, и в присутствии нотариусов и свидетелей принёс клятву на Святом Божьем Евангелии, возложив на него руку, так, как описано выше. Оный брат Гуго, поклявшись, как было указано, и будучи усердно опрошен, сообщил, что был принят в Орден в Лондоне, в церкви местного командорства. В минувший праздник Св. Магдалены прошло сорок шесть лет с этого события. Он был принят в Орден братом Гумбером де Пейро, своим собственным отцом, визитатором командорств Ордена во Франции и Пуату, который и возложил на его плечи мантию Ордена. После этого какой-то брат упомянутого Ордена, по имени Джон, который после стал приором Ля Мюс, отвёл его в центральную часть церкви, показал ему крест с изображением Христа, и приказал ему отринуть Того, кого он видит на этом распятии. По его словам, он отказывался столько, сколько мог. Однако, в конце концов, побеждённый страхом и угрозами брата Джона, он отрёкся от Того, кто был изображён на распятии, но только один раз. И несмотря на то, что брат Джон многократно повторял требование плюнуть на крест, он отказался делать это.

На вопрос о том, целовал ли он приора, он ответил, что да, целовал, но только в губы.

На вопрос о содомском грехе, он ответил, что ему никто никогда не навязывал этого, и он никогда не совершал его.

На вопрос принимал ли он других в Орден, он ответил, что делал это много раз, он принял в Орден больше людей, чем любой другой живущий брат Ордена.

На вопрос об обряде приёма этих братьев в Орден, он сообщил, что после того, как они были приняты и на них были возложены мантии Ордена, он приказывал им отрекаться от распятия, и целовать его в низ спины, в пупок, и в губы. Так же он сказал, что настойчиво советовал им воздерживаться от жизни с женщинами, и, если они не могут сдержать свою похоть, то объединиться с другими братьями Ордена.

Так же он сообщил под присягой, что вышеупомянутое отречение, которое он совершил во время инициации, так же, как и другие описанные вещи, которые он требовал от тех, кого принимал, были совершены им только на словах, но не в сердце его. На вопрос почему же он страдал, и не принимал в сердце своём те действия, которые он совершал, он ответил, что таковы были обряды, или, лучше сказать, традиции Ордена, и что он всегда надеялся, эта ошибка будет исправлена и вычтена из Ордена.

На вопрос были ли люди которые отказывались плевать на крест, равно как совершать другие бесчестные вещи, описанные выше, он ответил, что таких было всего ничего, и, в конечном итоге, все это совершили. Так же он сообщил, что, несмотря на то, что сам советовал братьям, которых принимал в Орден, объединяться с другими братьями, сам он никогда этого не делал, и не слышал, чтобы кто-либо другой совершил этот грех, за исключением двух или трёх братьев из дальних стран, которые были заключены за это в замок Паломника.

На вопрос были ли другие братья приняты в Орден так же, как и он, и как принятые им братья, он ответил, что не может с уверенностью говорить за других, только за себя и тех, кого принимал он, так как братья проходили обряд инициации в глубокой тайне, что никто ничего не может знать, кроме тех, кто там присутствовал. На вопрос полагает ли он, что другие были приняты в Орден так же, как и остальные, он ответил, что предполагает, что один и тот же ритуал использовался при инициации – как в других, так и в его случае, и в случаях приёма в Орден братьев им самим.

На вопрос о голове идола, которой по слухам поклонялись тамплиеры, он сообщил, что видел её в Монпелье, и показал её ему брат Петр Алемандин, приор этого места, в чьём владении она находилась, как тогда, так и после.

На вопрос сколько лет ему было, когда он был принят в Орден, он сказал, что ему было восемнадцать, по словам его матери. Так же он сообщил, что исповедовался об этих вещах брату Гийому Парижскому, инквизитору [еретических действий], или же его представителю. Эта исповедь была записана рукой нижеподписавшегося Амиса Д’Орлеан, и другими нотариусами. Он хочет подтвердить эту исповедь такую, как она есть, так же, как и подтвердить данную исповедь, которая сочетается в предыдущей. Ежели же, в исповеди, сделанной инквизитору или его представителю, есть какая-либо добавочная информация к сказанному им выше, то он скрепит своей подписью и подтвердит её.

На вопрос опрашивали ли его во время его исповеди по просьбе, за награду, или благодарность, из страха, ненависти, по настоянию кого-либо, или при использовании силы, или при угрозе пытки, он ответил, что нет. На вопрос был ли он после заключения в тюрьму допрашиваем или же пытаем, он ответил, что нет.

После этого мы пришли к выводу, что даруем милость отпущения грехов за эти действия брату Гуго, который вышеобозначенным способом в нашем присутствии отрёкся от вышеуказанной ереси и любой другой ереси, и лично поклялся на Святом Божьем Евангелии, а так же скромно просил об этой милости, отпущение грехов, восстановив его в единении с церковью, общности его с верующими и обетами Церкви.

Затем, в двадцатый день месяца, перед нами предстал брат-рыцарь Жак де Молэ, великий магистр рыцарского Ордена тамплиеров, и в присутствии нотариусов и свидетелей принёс клятву на Святом Божьем Евангелии, возложив на него руку, так, как описано выше, и. Будучи с усердием, опрошен, сообщил, что прошло сорок два года или около того с тех пор, как он был принят в Орден братом Гумбером де Пейро, в то время визитатором командорств Ордена во Франции и Пуату, в Боне, епархии Отюна, в часовне местного командорства тамплиеров.

Относительно обряда его инициации в орден, он сообщил, что после возложения мантии на его плечи, приор показал ему крест и сказал, от он должен отречься от Бога, изображённого на этом кресте, и что он должен плюнуть на крест. Он это сделал, но по его словам, плюнул не на крест, а рядом с ним. Так же он сказал, что отрёкся только на словам, а не в сердце своём. Касательно греха содомии, поклонения голове, недозволенных поцелуев, он, опрашиваемый с усердием, сообщил, что не ничего знает.

После этого мы пришли к выводу, что даруем милость отпущения грехов за эти действия брату Жаку де Молэ, великому магистру Ордена, который вышеобозначенным способом в нашем присутствии отрёкся от вышеуказанной ереси и любой другой ереси, и лично поклялся на Святом Божьем Евангелии, а так же скромно просил об этой милости, отпущение грехов, восстановив его в единении с церковью, общности его с верующими и обетами Церкви.

В этот двадцатый день месяца, в нашем присутствии и в присутствии нотариусов и свидетелей, брат Гуго де Пейро без принуждения и по собственному желанию скрепил своей подписью и подтвердил свою ранее подписанную исповедь, прочтённую ему на его родном языке, и заверил, что намеревается подтверждать и придерживаться указанного, как в этой исповеди, так и в исповеди, совершённой ранее инквизитору или инквизиторам о вышеуказнных еретических поступках и грехах, по тем вещам, которые совпадают с этой исповедью, совершённой нам, в присутствии нотариусов и свидетелей, и по тем вещам, которые отличается, но перечислены в исповеди, совершённой ранее инквизитору или инквизиторам, он скрепляет своей подписью и заверяет всё.

В этот двадцатый день месяца, в нашем присутствии и в присутствии нотариусов и свидетелей, брат Жоффруа де Гонневилль без принуждения и по собственному желанию скрепил своей подписью и подтвердил свою ранее подписанную исповедь, прочтённую ему на его родном языке.

Мы приказали Роберу де Конде, клирику епархии Суассона, папской властью нотариусу, который был среди нас вместе с нотариусами и свидетелями, перечисленными ниже, записать и сделать достоянием общественности и уликой эти исповеди, так же как и всё, описанное выше, что происходило перед нами, нотариусами и свидетелями, и так же как и всё, совершённое нами были совершено именно так, как описано выше, и заверить это, скрепив нашей печатью.

Это было сделано в год, индикт, месяц, день, понтификат и в месте, указанных выше, в нашем присутствии, и в присутствии Умберто Верселлани, Николо Николя де Бенвенуто и вышеупомянутого Робера де Конде, а так же господина Амис Д’Орлеан ле Ратиф, нотариусов папской властью, а так же благочестивого и выдающегося брата Раймона, аббата бенедектинского монастыря Св. Теофреда, епархии Аннеси, господина Берара де Бойано, архидиакона Труа, Рауля де Босе, духовника и каноника из Парижа, и Пьера де Суар, попечителя Сан-Годери в Камбреси, которые были специально вызваны, как свидетели.

Я, Робер Конде, клирик епархии Суассона, папской властью нотариус, наблюдал вместе с другими нотариусами и свидетелями за ведением опросов и самолично видел каждое событие, описанное выше, случившееся в присутствии вышеупомянутых преподобных отцов, господ кардиналов наставников [пресвитеров], в моём присутствии, и в присутствии других нотариусов и свидетелей, так как это было описано их преподобиями. По приказу их преподобий кардиналов-епископов, я сделал эту запись в форме официального документа, и скрепил его моей печатью, так был попрошен ими сделать это.

Я, Умберто Верселлани, клирик Безье, папской властью нотариус, наблюдал вместе с другими нотариусами и свидетелями за ведением опросов и самолично видел каждое событие, описанное выше, случившееся в присутствии вышеупомянутых преподобных отцов, господ кардиналов наставников [пресвитеров], так как это было описано их преподобиями выше в каждой малейшей детали. По приказу их преподобий кардиналов-епископов, я сделал эту запись для лучшего заверения, подписавшись внизу и скрепив её моей печатью.

Я, Николо Николя де Бенвенуто, папской властью нотариус, наблюдал вместе с другими нотариусами и свидетелями за ведением опросов и самолично видел каждое событие, описанное выше, случившееся в присутствии вышеупомянутых преподобных отцов, господ кардиналов наставников [пресвитеров], так как это было описано их преподобиями выше в каждой малейшей детали. По приказу их преподобий кардиналов епископов, я сделал эту запись для лучшего заверения, подписавшись внизу и скрепив её моей печатью.

Я, Амис Д’Орлеан названный ле Ратиф, нотариус властью Святой Римской Церки, наблюдал вместе с другими нотариусами и свидетелями исповеди, показания и другие события, и самолично видел каждое событие, описанное выше, случившееся в присутствии вышеупомянутых преподобных отцов, господ кардиналов-пресвитеров, так как это было описано их преподобиями выше в каждой малейшей детали. По приказу их преподобий кардиналов наставников [пресвитеров], как свидетельство моей правдивости, я сделал эту запись, подписавшись внизу и скрепив её моей печатью, так был попрошен ими сделать это.

Этот документ с показаниями высших сановников ордена был впервые опубликован в 1693 году монахом и секретарем архиепископа Тулузы Еtienne Baluze (Stephanus Baluzius) в его работе «Жизнь пап в Авиньоне» (Vitae Paparum Avenionensium), но поскольку часть его работ была основана на фальсифицированных документах , долгое время существовали подозрения, что и Шинонский манускрипт является фальсификатом. Однако в 2002 году исследователь ордена Барбара Фрейл обнаружила его копию в ранее секретных архивах Ватикана. Она опубликовала статьи об этом документе в 2004 году в Journal of Medieval и в работе «Il papato e il processo ai templari».
Оригинал документа, это большой пергамент размером 700x580mm , был заверен печатями трех папских легатов, проводивших допрос храмовников. Данная копия была приложена к оригиналу документа, который все еще хранится в секретных архивах Ватикана, с номером хранения - Archivum Arcis Armarium D 218

Все права защищены © 2006 - 2012, Эдуард Заборовский. Данная публикация, или любая ее часть, не может быть воспроизведена, переведена, или передана в любой форме и любыми средствами, электронными, механическими, путем копирования, записи или иным способом, без предварительного письменного разрешения от владельца сайта - Эдуарда Заборовского. * No part of this publication may be reproduced, translated, or transmitted in any form or by any means, electronic, mechanical, photocopying, recording or otherwise, without prior written permission from the Edward Zaborovsky.

www.templarhistory.ru

ШИНОНСКИЙ МАНУСКРИПТ - ПОКАЗАНИЯ ВЫСШИХ САНОВНИКОВ ОРДЕНА